Бразильский защитник: «Главная задача — вернуться в Лигу чемпионов, возможно, выиграв Лигу Европы. Пока что в «Юве» мы смогли выиграть только Кубок Италии. На Чемпионате мира я не сыграл — ничего страшного. Я понимаю решение Анчелотти».
Автор: Роберто Майда, специальный корреспондент в Перте, издание Gazzetta dello Sport
Его должны были назвать Бреме — в честь ныне покойного немецкого защитника «Интера». Его отец влюбился в игру Андреаса Бреме после решающего пенальти в финале чемпионата мира 1990 года в Италии. «Потом я уже не знаю, ошиблись ли в ЗАГСе, когда записывали имя, или папа неправильно его произнёс». В итоге маленького Глейсона Силву Насименту зарегистрировали именно так — Бремер. Бразилец, футбольное становление которого произошло в Турине, оказался здесь тоже благодаря своеобразной шутке судьбы:
«Торино» хотел купить Лукаса Вериссимо, который играл и до сих пор играет за «Сантос». Спортивный директор Петраки не смог его приобрести и выбрал меня — практически случайно, потому что я тогда провёл не так много матчей за «Атлетико Минейро». Кто бы мог подумать, что я проведу восемь лет в Италии?». Можно сказать, что об этом выборе никто не пожалел. В свои 29 лет Бремер остаётся одним из лучших защитников Серии А, несмотря на то, что тяжёлая травма колена, полученная в октябре 2024 года, прервала его восхождение. «Знаете, в детстве я хотел играть нападающим. Обожал Роналдо и Роналдиньо. Но в 14 лет мне сказали забыть об этом, если я действительно хочу чего-то добиться в футболе…». Болельщики по-прежнему ждут от него очень многого. Это стало очевидно и в Casa Juventus, пространстве, открытом вчера в центре Перта во время австралийского турне: около 250 болельщиков приветствовали Бремера вместе со Спаллетти и Йилдызом.
— Глейсон, как ты себя чувствуешь? В Гонконге против «Челси» ты отыграл свои первые 45 минут этим летом.
«Я чувствую себя хорошо. Конечно, пока я ещё не на пике формы, потому что начал подготовку позже остальных. Но скоро наберу кондиции. Чувствую, что двигаюсь в правильном направлении».
— Врачи говорят, что после разрыва крестообразной связки требуется два года, чтобы вернуться на прежний уровень. Получается, ты уже почти у цели.
«Первый год после такой травмы действительно всегда очень сложный. Раньше я в это не верил. Думал, что смогу стать исключением. Но, к сожалению, реальность именно такова. Положительный момент заключается в том, что сейчас всё идёт хорошо. Моё тело реагирует так, как должно. Я замечаю это хотя бы по тому, что восстанавливаюсь после нагрузок гораздо быстрее, чем несколько месяцев назад. Сейчас мне просто нужна стабильность и игровая практика. Мне нужны матчи».
— Чемпионат мира получился разочаровывающим для Бразилии и для тебя лично — ты не сыграл ни минуты.
«И тем не менее, это был прекрасный опыт. И было справедливо, что Анчелотти отдал предпочтение футболистам, которые завоевали путёвку на турнир. Ничего страшного. Я ещё молод и надеюсь стать одним из главных действующих лиц уже в 2030 году».
— Какой момент был самым тяжёлым после травмы в Лейпциге?
«Самым тяжёлым был не сам момент травмы, а период после девяти месяцев восстановления. Когда я вернулся, то был уверен, что всё уже позади. Но оказалось, что это было лишь начало ещё одного пути — того, который должен был вернуть меня к состоянию футболиста, каким я был раньше. Я уверен, что достигну этой цели. Но я уверен в этом сейчас. Так было не всегда».
— То есть?
«В прошлом сезоне были игровые ситуации, когда я боялся, что у меня ничего не получится. Головой я всё понимал, мозг работал как прежде, но ноги за ним не успевали. В тот момент я подумал: «Чёрт…». К счастью, мне удалось собраться, найти в себе силы и выбраться из этого состояния».
— Вам помогли и ваши увлечения. Например, музыка.
«Да. Я научился играть на гитаре. Это меня расслабляет. А поскольку моя жена хорошо поёт, время от времени мы вместе развлекаемся, исполняя бразильскую музыку. Кстати, я знаю и одну песню Эроса Рамаццотти, которая нравится моему отцу — Cose della vita».
— В этой песне говорится, что жизненные обстоятельства иногда нужно просто принимать такими, какие они есть. Это и твой жизненный принцип?
«В какой-то степени да. Считаю, что важно максимально хорошо использовать каждый день. Наслаждаться моментами, а не тратить время на социальные сети. Carpe diem — «лови момент», ведь так говорят?».
— Кажется, ты ещё и очень много читаешь.
«Я много читал ещё до травмы. А когда оказался вне игры, стал читать ещё больше — не только для того, чтобы скоротать время, но и чтобы расширить кругозор. Мне очень нравится античная философия и её подход к жизни. Например, Аристотель. Но интересуюсь и психологией. Наш мир построен на потребительстве: нам постоянно мало того, что у нас уже есть. Хотя на самом деле далеко не всегда существует необходимость обладать чем-то ещё».
— Что вы делаете, когда хотите уйти от рутины и стресса?
«Еду в Бразилию к своим лошадям. У моей семьи была и до сих пор есть ферма. Я родился в маленьком городке Итапитанга, где живёт около восьми тысяч человек, и с детства привык находиться среди животных. Ребёнком я ходил в школу, а потом сразу бежал к лошадям. И сейчас, когда появляется возможность, делаю то же самое. Время, проведённое на природе, восстанавливает силы, особенно учитывая тот хаос, в котором мы все живём».
— «Юве» постепенно выходит из хаоса: в первых товарищеских матчах команда не пропустила ни одного мяча. Для защитников это отличная новость.
«Мы всё лучше понимаем идеи Спаллетти. И я снова вернусь к слову, которое уже использовал: это процесс, путь».
— Куда этот путь может привести команду к концу сезона?
«Наша главная цель — вернуться в Лигу чемпионов. Будет это через чемпионат или через Лигу Европы — неважно. Хотя попасть туда благодаря победе в еврокубке было бы даже интереснее: ведь это означало бы, что мы ещё и завоевали трофей».
— Говоря об этом, Глейсон, вы произнесли важную фразу: «Ювентус» не может довольствоваться борьбой за четвёртое место.
«Мне хотелось бы прояснить этот момент. Я говорил это не потому, что искал предлог, чтобы уйти. Наоборот, я просто выражал собственные амбиции. Я не хочу завершить карьеру, имея в своей коллекции с «Ювентусом» только один Кубок Италии. Я хочу большего. И хочу, чтобы «Ювентус» вернулся на тот уровень, которому он соответствует. Как сказал Спаллетти, сейчас мы всё ещё несколько далеки от этой цели, однако постепенно закладываем важные кирпичики для будущего. Коло Муани, Алайбегович… И я ставлю на своего друга Дугласа Луиса. У него невероятно много таланта, и он ещё это продемонстрирует».
— Значит, варианта с вашим уходом никогда не было, несмотря на пункт о выкупе в размере 58 миллионов евро, который действует до 10 августа?
«Я никогда не просил «Юве» продать меня. Особенно сейчас, в сложный период — как для клуба, так и для меня самого. Мне бы никогда не пришло в голову поступить так. Это было бы всё равно что сбежать. Если однажды наши пути с «Юве» разойдутся — возможно, когда я стану старше, — то я хочу выйти через парадную дверь и с высоко поднятой головой».
