Не только плюсваленца по Локателли. Бога также среди самых блестящих сделок: в «Аталанту» за 22 миллиона. Новый гендиректор «Юве» совершил много успешных трансферных сделок в «Сассуоло»: настоящий шедевр — Скамакка, купленный за 500 тысяч евро и проданный за 38,6 миллиона в «Вест Хэм».
Покупает за миллион, продает в два раза дороже. Конечно, это грубое упрощение. Но оно помогает понять ценность метода работы, который Джованни Карневали выстроил у руля «Сассуоло». Он не царь Мидас на трансферном рынке, но у него точно есть способности и опыт, чтобы погрузиться в контекст «Юве», не прогибаясь под его давлением. В семье Скуинци (владельцы «Сассуоло») у него был карт-бланш с первого дня. Безусловно, это происходило в тихом месте и без внешнего прессинга, но в сделках по купле-продаже он ошибался крайне редко. Он тратил, он зарабатывал, он даже отказывался тратить и продавать определенных игроков, и почти всегда четко понимал, что делает. Минимум мыльных опер, минимум трений с другими клубами, хотя «Сассуоло» всегда был очень дорогим «магазином» как для Серии А, так и для зарубежных покупателей.
Чтобы охарактеризовать Карневали, можно взглянуть на десять самых прибыльных продаж в истории «нероверди»: в общей сложности (по данным Transfermarkt) было выручено чуть более 265 миллионов евро. Колоссальная сумма. При этом на десять самых дорогих входящих трансферов — чтобы наглядно показать положительную разницу между покупками и продажами — он заставил владельцев раскошелиться почти на 130 миллионов. В среднем 13 миллионов за игрока.
Шедевры на рынке: Скамакка, Локателли и другие
Конечно, были случаи, которые вошли в учебники. Например, история с Джанлукой Скамаккой: в 2017 году «Сассуоло» почуял возможность забрать его из «ПСВ» после того, как голландцы увели парня из молодежки «Ромы». Операция обошлась примерно в 500 тысяч евро. А за какую цифру он был продан в «Вест Хэм»? 38,6 миллиона евро плюс бонусы. Карневали умеет работать и на зарубежном рынке: среди десяти его самых дорогих покупок семь игроков не являются итальянцами. Однако на местном продукте он бьет без промаха: 20 миллионов за Пинамонти, почти 15 за Фраттези и 14 за Локателли. И все они прибавили в цене.
Но главные шедевры в контексте сборной Италии были созданы «на выход»: Скамакка, Локателли, Фраттези, Распадори, Сенси, Политано и Дзадза. За исключением первого, все они остались внутри Серии А. Кто-то взлетел выше, кто-то меньше, но «Сассуоло» почти всегда находил идеальный момент для продажи и идеальный тайминг для покупки.
Умение ждать и предпринимательская жилка
В некоторых случаях Карневали умел дождаться позднего раскрытия игрока. Достаточно вспомнить Кристиана Торстведта: он хорошо проявил себя в первый год в Серии А, который, однако, закончился вылетом команды. Любой другой продал бы его сразу, даже ценой «потери» потенциальных миллионов, но только не Карневали. Он удерживает его, возвращает клуб в высший дивизион за счет мощной игры полузащитника, и в этом году под руководством Фабио Гроссо норвежец буквально взрывается. Этот качественный скачок почти наверняка позволит ему покинуть «Сассуоло» на вес золота после того, как в 2022 году его забрали из «Генка» за 10 миллионов.
В «Юве» критерии оценки готовых игроков и перспективной молодежи неизбежно изменятся. Но прежде чем быть футбольным человеком, Карневали — предприниматель. Он привык выступать посредником, вести переговоры и побеждать в них. В конце концов, его история говорит сама за себя: он покупает за 1 и продает за 2. Яркий пример — бывший игрок «бьянконери» Жереми Бога: взят у «Челси» за 10 миллионов, уступлен «Аталанте» за 22.
Эра Джованни Карневали официально начинается сегодня. Новый управляющий и генеральный директор «Ювентуса» вступит в должность в «Континассе» после серии переговоров, прошедших на выходных с Лучано Спаллетти.
Бывший полномочный представитель «Сассуоло», приглашенный Джоном Элканном на замену Дамьену Комолли, откроет это приключение трансферным собранием, в котором примут участие Джорджо Кьеллини, а также спортивные директора Оттолини и Модесто. Оценки будут даны абсолютно всему, а не только ситуации вокруг Влаховича: от двойной операции Сёрлот—Нико (Николас Гонсалес) с мадридским «Атлетико» до экс-игрока «бьянконери» Коло Муани («ПСЖ»). На столе окажется множество имен, начиная с вратарей, которые могут прийти на смену Микеле Ди Грегорио.
Трансферные цели: от Мартинеса до Камбьязо
Спаллетти всё еще надеется на отчаянную попытку заполучить Алиссона («Ливерпуль»), но на данный момент самым конкретным направлением остается Эмилиано «Дибу» Мартинес («Астон Вилла»), а Ян Облак («Атлетико») рассматривается как альтернатива.
Одним глазом руководство смотрит на входящие трансферы, другим — на продажи: от Камбьязо (к которому проявляют интерес «Барселона» и «Челси») до Тюрама и Бремера. Кроме того, Карневали предстоит перестроить скаутский отдел и усилить трансферную команду клуба: возможно возвращение функционера Маттео Тоньоцци (работал в «Риу Аве» и «Ноттингем Форест»), также в прицеле находится Давиде Канджини — многолетний шеф-скаут «Сассуоло».
Карневали — Душан: ещё одна встреча ради другого финала. Позиции всё ещё далеки, но новый гендиректор пробует: готов двухлетний контракт, который благодаря бонусам может достичь 8 миллионов.
В свой первый день в стенах «Континассы» Джованни Карневали должен сделать сразу несколько мощных ходов, и один из них — самый важный: к досье Душана Влаховича нужно подойти с совершенно другим настроем и со спешкой, подобающей делу, которое нельзя затягивать до «овертаймов». Ситуация такова: Душан Влахович всё ещё является игроком «Ювентуса», и будет им до конца месяца — с 30 июня он получит право уйти в другое место. Будучи игроком «бьянконери», сербский нападающий остался в городе, в Турине, который всегда считал своим вторым домом: немного тренировок, немного отдыха — вот его меню на эти часы.
А в Турин вчера вечером прибыл новый управляющий директор и генеральный директор (у него двойная должность) Карневали, потому что сегодня утром у него на повестке дня встреча со своими соратниками, техническими специалистами и руководством. Оценка ситуации, а затем — первые шаги и размышления после долгих выходных разговоров с главным тренером Лучано Спаллетти. Преемник Комолли и Влахович назначат встречу, потому что желание туринского клуба — попытаться заново запустить то, что резко застопорилось, когда за столом переговоров сидели другие лица.
Дорога в гору, но климат изменился
Путь остаётся крутым, и весьма, но кое-что может измениться: Влахович и Спаллетти — это история идеальной гармонии в отношениях. Спаллетти знает, что найти в Европе альтернативу Душану — та ещё головоломка, особенно если в дело вмешивается фактор финансов. Новая игра началась. Комолли и его методы сошли со сцены, Карневали и его методология — это настоящее и будущее. Новое руководство установило четкие сроки, чтобы не передавать Спаллетти то чувство неопределенности, с которым бывшему тренеру сборной Италии пришлось мириться весь январский трансферный рынок и первые дни переговоров сейчас, когда на дворе июнь: в течение двух-трех недель вопрос с нападающим должен быть решен.
Влахович отдалился от Континассы, потому что просил больше того, что предлагал «Ювентус», и потому что был уверен: топ-клубы Европы уже через минуту выстроятся в очередь за его согласием. Но всё пошло не так — по крайней мере, на данный момент, учитывая полное отсутствие интереса со стороны «Реала», «Барселоны», «Атлетико» и «Баварии». Единственными, кто проявил активность, оказались клубы из Турции («Бешикташ» и «Галатасарай»). «Ювентус» с момента «разрыва» до сегодняшнего дня запустил очередную революцию, и с этой революцией изменился климат. Сёрлот (нападающий Александр Сёрлот) нравится, но не сводит с ума, к тому же трансфер Сёрлота повлечет за собой потенциальные инвестиции в размере более 50 миллионов евро. Почему бы тогда не восстановить связь с тем, кого здесь хорошо знают и кто пользуется полным доверием тренера?
План Карневали: 8 миллионов и два года
Карневали знает, как нажать на правильные кнопки — как в целом, так и в личных беседах. На Континассе могут дойти до 8 миллионов евро, включая бонусы, привязанные к результатам (первые четыре места в Серии А, победа в Лиге Европы), и могут оформить новое двухлетнее соглашение. Первый звонок Карневали сделает Милошу — отцу Душана, который ведет дела сына. И этот звонок станет прологом к новому раунду переговоров, где будет поставлена точка: либо тотальный переворот в ситуации, либо окончательное прощание без права на апелляцию.
Душан искушен идеей перезагрузить карьеру под руководством тренера, который подчеркнет его лучшие качества, и в атмосфере, которую он считает своей. После сезона, омраченного тяжелой травмой, остаться в своей зоне комфорта было бы самым логичным выбором. Значит, вызов снова брошен? Лучше сказать — дело не закрыто. Мяч теперь на стороне нового гендиректора «бьянконери». Этот мяч тяжелый, но все же легче, чем когда его вел Комолли.
«Ювентус» вызывает. Что делает Влахович? Пока что — отвечает на звонок.
Приоритет генерального директора — генерировать доходы, начиная с этого первого трансферного окна: таково требование сверху.
Время больших мечтаний ещё не пришло. Зато пришло время зарабатывать. Первая задача Джованни Карневали, который завтра официально приступает к обязанностям генерального директора Бьянконери, — по существу продавать. То есть получать деньги. Или во всяком случае попытаться поскорее залатать дыру, образовавшуюся из-за непопадания в Лигу чемпионов, стараясь при этом выполнить первые директивы сверху — там, где взгляд на счета опережает даже спортивный результат.
Всё правильно, разумеется. И всё соответствует ожиданиям нового генерального директора, который среди первых собеседников — с улыбкой — обнаружил и друга на всю жизнь: Беппе Мароту, нынешнего президента «Интера», с которым вести дела никогда не составляло проблемы. Тем более сейчас, когда можно говорить об (общих) интересах — и, по существу, об общих игроках. Имя, которое больше всего привлекает нерадзурри на данном этапе, — Андреа Камбьязо: бело-чёрные считают его продаваемым при предложении не менее 40 миллионов евро. Много. Пока что слишком много. Но при правильном раскладе — почему бы и нет? Удачи Карневали и Мароте. Скоро они начнут обсуждать и другие имена, потенциально интересные обеим сторонам. Одно из них — Давиде Фраттези, который давно уже числится на выход у нерадзурри. Речь идёт о Карлосе Аугусто. А Бремер всегда был мечтой «Интера» — совсем как сам Камбьязо: до подписания с «Юве» он был в шаге от чемпионов Италии, а затем в последний момент вектор сменился на Белланову. Старые истории. Нынешние складываются из похожих лиц, но с разными потребностями. И довольно жёсткими.
«Ювентус» рассчитывает до конца месяца выручить от продаж свыше 50 миллионов, поэтому одним из первых досье, которое откроет новый генеральный директор, неизбежно станет дело Нико Гонсалеса: по нему рассчитывают в любом случае закрыть сделку выше 25 миллионов с «Атлетико», с которым активно ведут переговоры о Сёрлоте. Если по Дугласу Луизу сохраняется желание продать его за приличные деньги — невзирая на непростой последний год между «Ноттингем Форестом» и «Астон Виллой», — то настоящей возможностью для итальянских клубов может стать Миретти. Стартовая цена — 15 миллионов евро. До сих пор различные зондажи так и не переросли в более конкретные предложения — ситуация, роднящая его с ещё одной из (многочисленных) проблем на столе Карневали: возможно, именно здесь «Ювентус» наконец найдёт рецепт окончательного решения по Артуру Мело. Бразилец возвращается из «Гремио», с которым остаётся открытым канал для постоянного трансфера — но не по тем суммам, которые запрашивают бело-чёрные: 10 миллионов евро, чтобы избежать риска убытка по балансовой стоимости. Решение? Рассматривался вариант с обменом — защитник Виери, — однако и здесь требования сторон не совпадают. Всё снова заморозилось в ожидании того, что новая смена власти в «Юве» принесёт плоды — или хотя бы идеи, свежий ветер возможностей.
Да, работы будет много. И думать придётся о многом. Это бремя «Ювентуса» — наряду с честью. Как человек футбола, Джованни Карневали не ожидал ровным счётом ничего другого. Более того — он с нетерпением ждёт начала, возможно, при поддержке ещё одной фигуры — полевой и трансферной — и на уровне той миссии, которая ему будет доверена.
Арьедо Брайда знает нового генерального директора Бьянконери уже более 40 лет и рассказывает о нём: «Он рождён побеждать, потому что умеет упрощать сложное. У «Юве» не было лучшего пути для перезапуска».
«Ювентус» Джованни Карневали будет клубом здравого смысла. Не факт, что он сразу устремится в будущее, не очевидно, что станет таким же визионерским, как при Андреа Аньелли, — но у него будут крепко стоящие на земле ноги. Прежде всего он будет думать о настоящем. Арьедо Брайда, давний друг Карневали, не сомневается в правильности пути, который только что выбрал «Юве». Меньше алгоритмов, больше практичности. Больше близости к реальности.
— Арьедо, завтра начинается приключение Джованни Карневали в Турине, во главе «Юве». Вы могли предположить это ещё несколько дней назад? «Нет, но великие клубы совершают революции в короткие сроки. Я искренне убеждён, что владельцы сделали отличный выбор. Учитывая личные и профессиональные связи, которые соединяют меня с Джованни, я не могу не радоваться за него. Всё, что он доказал умением делать за эти годы с «Сассуоло», заслуживало продолжения: думаю, не было человека более подходящего для руководства «Юве». С ним нет поля для риска — пусть даже он приходит из значительно меньшей реальности».
— Какие качества Карневали, по вашему мнению, оказались решающими при окончательном выборе Джона Элканна? «Глубокое знание итальянского футбола. Порой иностранофилия, ничуть не умаляя Комолли, уводит нас не туда. Думаю, «Юве» нужно было вернуться к простым вещам: к мячу, который катится, к очень чёткой вертикали командования, к человеку, которому верят и которого узнают в этом контексте. «Ювентусу» немного не хватало простоты — Карневали идеально отвечает нынешним потребностям».
— Какого «Юве» вы ожидаете отныне? «Я ожидаю, что этот выбор способен вернуть «Юве» в борьбу за победы. Не знаю, сколько времени это займёт, но люди такого уровня с очень высокой вероятностью преуспевают. Джованни — идеальный профессионал, чтобы открыть новый цикл: он окажется в сложной среде, но я уверен, что сыграет этот шанс по максимуму. Он родился готовым, добился успеха в футболе и как предприниматель, обладает гибким умом и сумеет потянуть всё. Этот прыжок он совершит с большой естественностью».
—Насколько, по-вашему, влияние таких руководителей, как вы, Адриано Галлиани и Беппе Марота, сказалось на пути Карневали? «Скажем так: он умел впитывать многое от Мароты и Галлиани. Он выстроил себе нравственный стержень, чтобы оказаться идеальным профилем для этого «Юве»: у него будет время, чтобы применить весь свой багаж опыта. Я хорошо знаю и его, и Мароту — двух людей, умевших уловить каждый мельчайший нюанс профессии. Мы хорошо знаем друг друга, потому что и общались много — даже в отпусках: вместе были на Сардинии и в Хорватии. Джованни — друг на всю жизнь, но ещё в 80-х меня впечатляли его страсть и любопытство — с самых первых шагов в «Миланезе». Мы всегда хотели делать дело, удивлять, идти дальше — это черта, общая для всех успешных людей, в какой бы сфере они ни работали».
—Хватило бы у Карневали масштаба для работы в вашем «Милане»? «Безусловно, но жизнь направила нас разными путями. До «Юве» он сделал огромный круг, но труд всегда окупается. И в конце концов способности таких людей выходят на поверхность».
—Вы когда-нибудь давали ему советы? «Мы всегда обменивались мнениями об игроках и тренерах — это совершенно нормальная динамика. Даже когда он был в Барселоне, мы часто общались, но я никогда не был щедр на советы. Он умеет хорошо делать дело — и ошибаться тоже умеет сам. Его великая способность всегда состояла в том, чтобы окружать себя способными и надёжными людьми. В «Сассуоло» — как и в своём бизнесе. Джованни умеет говорить с людьми, умеет понимать ближнего, всегда на острие».
— Он когда-нибудь признавался вам, что прежде уже был близок к «Юве»? «Не знаю, был ли он и насколько близок к приходу в Турин раньше. Знаю лишь одно: сейчас он готов. Встретит немало препятствий, но к этому времени у него уже есть стать, чтобы преодолеть всё что угодно. Он прошёл школу в футболе. И не мог претендовать на лучшее место для самоутверждения».
—Каким вы видите этот «Юве» через пять лет? Достаточный ли это срок для оценки всего управления? «По-моему, «Юве» действительно нужно было только одно — вернуться к простоте, начав заново с сильного руководства. Уверен, что Джорджо Кьеллини сумеет наилучшим образом поддержать его в этом приключении. Он многому научится у Карневали — единственного человека, способного открыть победный цикл в Турине. Желаю ему этого от всего сердца».
Три сделки, которые никак не удаётся закрыть. Бьянконери хотят уговорить бомбардира — нерадзурри и адзурри продолжают переговоры.
Душан Влахович не интересует — по крайней мере пока. Турне центрфорварда по Европе, который решил выставить себя на рынок — контракт истекает в конце месяца, будущее в его руках, — собрало лишь вялое внимание и не более того. Так было в Ла Лиге, где «Реал», «Атлетико» и «Барселона» не усилили интереса; так было в Бундеслиге, где «Бавария» снизила планку своих амбиций. Душан остаётся на Авентине своих притязаний, а последним образом в бело-чёрных цветах стал визг шин при выезде с «Континассы». Так оно и останется?
«Ювентус» эпохи Дамьена Комолли попытался: новый контракт на условиях, не превышающих тех, что предназначены для Кенана Йилдыза, — шесть миллионов плюс один в виде бонусов по итогам сезона. «Нет… спасибо», — таков был ответ Влаховича перед уже упомянутым выездом с базы клуба: сербский нападающий считает, что стоит дороже, намного дороже. И что же теперь?
Картина в последние часы изменилась — и существенно: Комолли ушёл, пришёл Джованни Карневали, а вместе с ним — прежде всего другой климат, другой стиль ведения переговоров. Новый генеральный директор бело-чёрных не глух к пожеланиям тренера Спаллетти, а Спаллетти по-прежнему делает ставку на Душана как на своего идеального — или почти идеального — центрфорварда: Сёрлот — отличный кандидат, но в глазах Лучано он на шаг позади того, что показал и может показать серб.
Ближайшие часы станут решающими для понимания того, есть ли и сколько пространства для манёвра, чтобы перевернуть сценарий и подписать «Душан — дубль второй». Карневали позвонит папе Милошу или самому игроку, а затем сделает выводы. Спаллетти наблюдает и ждёт с некоторым беспокойством: бывший тренер сборной хотел бы закрыть вопрос с нападающим до конца июня. Большие европейские клубы пока не разогреваются вокруг судьбы белградского форварда, а резкий разворот «Континассы» случился как раз вовремя, чтобы вновь открыть игру или даже полностью перетасовать колоду. У новых действующих лиц на этот раз есть нужная эмпатия, чтобы оставаться в партии — и не выйти из неё сразу после стартового свистка, как случалось, когда мяч был у Комолли.
Полузащитник повёл США за собой: «Отличный дебют — побеждать должно стать для нас нормой»
В царившем вокруг мировом возбуждении Уэстон позволил себе напоследок ещё одну игру — прямо перед тем, как подняться в автобус с американским флагом в чреве безграничного SoFi в Лос-Анджелесе: «камень-ножницы-бумага» — здесь это называется rock-paper-scissors, — чтобы решить, кто из двух журналистов задаст ему последний вопрос вечера, которое стоит запомнить. 27-летний ювентиец в составе национальной сборной пережил дебют на чемпионате мира, граничащий с совершенством, — в том числе благодаря неустанному и умному бегу, столь далёкому от переполоха в его итальянском доме:
«Я ничего не слышал о том, что происходит в Турине, — сразу же отбился Уэстон, — но я всегда верю в свой «Ювентус». Я даже не говорил об этом с партнёрами по команде — сейчас я сосредоточен на этом турнире, который слишком важен для всех нас. Когда он закончится, я смогу подумать об остальном и заняться делами «Юве».
— Что ж, остаёмся на Мундиале, Маккенни: дебют был неплохим… «Именно такой победы я и ждал. Разумеется, никогда не знаешь, что случится на поле — слишком много разных ожиданий: чужих, своих собственных и командных. Но мы знаем, на что способны, и мир это заметил. Победить 4:1 на старте — важно, конечно, но это только начало. Поэтому мы не хотим особо праздновать: это должно стать для нас нормой. Впереди ещё два матча группового этапа — продолжаем в том же духе и стараемся прибавлять».
— Когда вы поняли, что вечер будет особенным? «Пожалуй, после автогола. Я подумал: «Ладно, сегодня удача немного на нашей стороне…». Но момент, который меня по-настоящему пробрал, — когда мы вышли на поле: услышали гимн и запели его все вместе — мы и болельщики. Сложно описать это ощущение, если не переживёшь сам. В тот момент я вспомнил всю работу, проделанную командой, тренерским штабом, тренером, все жизненные пути, которые каждый прошёл, чтобы оказаться там — всем вместе».
— Думаете, теперь другие топ-сборные начнут вас бояться? «Для начала возьмём хорошее из этого матча и не будем забегать вперёд. Это было фантастично — и знаете почему? Мы хотели выйти и играть, как в детстве с друзьями во дворе, — и нам это удалось. Вот в чём секрет. Тренер часто повторяет нам: тяжёлый труд — это то, что мы делаем до выхода на поле. Жертвы, вложенное время, усердие — вот это и есть тяжёлая работа. А потом выходишь на сцену — и начинается удовольствие, потому что такие возможности в карьере выпадают нечасто. И если ошибёшься — ничего страшного, рядом всегда найдётся партнёр, готовый тебя прикрыть. Такого единства, как у нас — на поле и за его пределами, — я не видел ни в одной другой команде, в которой играл».
— Вы — ювентиец, Пулишич — миланист, но друзья на всю жизнь: рады, что он вернулся на этот уровень? «Кристиан всегда готов, когда по-настоящему важно. В последние месяцы многие его критиковали, задавались вопросом, приедет ли он на Мундиаль в форме, сможет ли сделать разницу. Но я всегда говорил и буду говорить: буду поддерживать его бесконечно — так же, как и вся команда. Кристиан — из тех игроков, которые не ошибаются в решающие моменты, и теперь надеюсь, что он продолжит в том же духе».
— Мир обнаружил, что у вас тоже есть большой центрфорвард. «Балогун сделал ровно свою работу — то, чего мы от него ожидаем и чего он требует от себя сам. Он решает в важные моменты и является крайне конкретным завершителем. Думаю, те, кто не знал, что это за игрок, на этот раз смогли понять. Но мне кажется, мы увидели и другую сторону Фолярина, которую многие раньше не замечали. Против Парагвая он шёл в стыки, бросал тело, жертвовал собой ради команды. Раньше, может быть, кто-то не считал его игроком, готовым к черновой работе, — но он доказал всем, что готов».
— Теперь весь американский народ будет смотреть на вас другими глазами? «Есть много людей, которые, возможно, никогда раньше не приходили нас поддержать. Надеемся, что благодаря этой игре они узнают нас и почувствуют себя ближе к нам. Мы хотим быть командой, с которой люди могут себя ассоциировать. Хотим, чтобы они видели радость, с которой мы играем, электричество на стадионе. А тем, кто говорит, что футбол скучен, — что ж, в нашем дебюте было пять голов, так что, может, они изменят мнение… Одним из того, что окончательно изменит футбол в Соединённых Штатах, станет именно проведение этого Мундиаля: невозможно остаться равнодушным к такой страсти».
А уже затем — трансферы по разумной цене. Элканн доверяет способности Карневали виртуозно продавать и покупать игроков.
Заслуженное карьерное повышение для одного из самых уважаемых топ-менеджеров и одновременно вызов — настолько же заманчивый, насколько и сложный: Джованни Карневали должен будет укротить то, что сегодня в кулуарах Континассы воспринимается как «капризный и сложный зверь». Генеральный директор такого топ-клуба, как «Ювентус», обязан контролировать абсолютно все сферы деятельности, но главным приоритетом для него остается трансферный рынок. Именно поэтому Джон Элканн сделал ставку на экс-директора «Сассуоло» — человека, который умеет блестяще покупать и продавать, опираясь на глубочайшее знание футбола и разветвленную сеть связей.
Различия в подходе
Смена Дамьена Комолли на Джованни Карневали приведет к реструктуризации всего спортивного департамента. Опорной осью станет триумвират, в который войдут сам Карневали, спортивный директор Марко Оттолини и главный тренер Лучано Спаллетти при все более весомой поддержке Джорджо Кьеллини. Именно они, каждый в рамках своей роли, будут заниматься трансферами (возможно, к ним также подключится Маттео Тоньоцци). Изменятся методы работы и критерии выбора, должен появиться тот самый внутренний диалог, которого до сих пор не хватало.
Однако одна вещь останется неизменной: обновленный бизнес-план, нацеленный на безубыточность к 2028 году, в том числе для соблюдения рамок мирового соглашения, которое вскоре будет подписано с УЕФА. В финансовом году 2026/27 «Ювентусу» необходимо получить доход от купли-продажи игроков, существенно превышающий средний показатель в 60 миллионов евро, фиксировавшийся в последние сезоны. Сколько именно? Примерно 100 миллионов евро, чтобы частично компенсировать потери от невыхода в Лигу чемпионов. Если исключить неприкосновенного Кенана Йилдыза, в распоряжении «Юве» есть около десятка игроков (не считая дубль NextGen), чья остаточная стоимость на балансе клуба ниже их реальной рыночной стоимости:
Кефрен Тюрам: при балансовой стоимости в 12 млн евро его рыночная оценка составляет 48 млн (согласно усредненным данным Football Benchmark и Transfermarkt).
Глейсон Бремер: оценивается в 40 млн (остаточная стоимость на балансе — 21 млн).
Пьер Калулу: 35 млн (на балансе — 10 млн).
Андреа Камбьязо: 32 млн (на балансе — 6 млн).
Федерико Гатти: 18 млн (на балансе — 4 млн).
Фабио Миретти: 16 млн (на балансе — 0 млн) и так далее.
Все эти футболисты идеально подходят под критерии для извлечения хорошей или даже отличной плюсвалуче (чистой бухгалтерской прибыли от трансфера). При этом задача по сокращению расходов выглядит менее пугающей, поскольку за последние пять лет клуб уже урезал их примерно на 150 миллионов. На сезон 2026/27 клуб планирует сэкономить еще 5–10% от текущего уровня, опустив общие затраты (зарплаты игроков и персонала, амортизационные отчисления, аренды и комиссии агентам) с 350–360 миллионов до 320–330 миллионов евро. К слову, один только уход Душана Влаховича (из-за непродления контракта) на данный момент освободил 40 миллионов в расходной части, но окончательные подсчеты, разумеется, будут сделаны в конце финансового года.
Закупки
В то же время холдинг Exor ожидает, что в следующем сезоне «Юве» будет бороться за Скудетто и победу в Лиге Европы. В этом и заключается главная сложность миссии Карневали: сделать команду конкурентоспособной, параллельно приводя в порядок баланс; улучшить спортивные результаты и одновременно достичь финансово-экономического равновесия. Карневали должен будет умело адаптировать работавшую в «Сассуоло» модель под реалии клуба с несоизмеримо большими бюджетом и амбициями. От него не потребуют выуживать неизвестных ноунеймов за 5 миллионов, которые рискуют сломаться под грузом ожиданий. Его задача — покупать с умом и без расточительства тех футболистов, которые еще не достигли своего ценового пика (в районе 15, 20 или 25 миллионов евро), но уже способны с ходу вписаться в команду и давать результат уровня «Ювентуса».
Ндур и Кьеза — часть новой эры. Итальянский список Карневали. Премьер-лига манит Тюрама, туринцам нравится полузащитник «Фиорентины». Бывший игрок «бьянконери» был готов покинуть «Ливерпуль» еще в январе.
Любая революция приносит с собой ветер перемен: смену курса и массу благих намерений. Поворот штурвала, за который отвечает Джованни Карневали (совмещающий должности генерального и спортивного директора), ознаменуется решительным вектором в сторону формата «made in Italy». Это означает повышенное внимание к игрокам, связанным с итальянским футболом и сборной («Скуадрой Адзуррой») — так, к слову, очень часто бывало в истории «Ювентуса», когда ставка на сильный итальянский костяк почти всегда приносила очки и титулы.
Карневали предстоит непростое лето на трансферном рынке, где «бьянконери» вынуждены играть в атаку, но без лишнего риска, поскольку УЕФА диктует свои дедлайны и правила финансового фэйр-плей, а клубные счета сходятся не так легко, как хотелось бы. И как быть в такой ситуации? Итальянский вектор может обрести лица Шера Ндура и Федерико Кьезы, а также совсем юного Джованни Леони или опытного Доменико Берарди.
Вопрос веры (и Феде)
Из Ливерпуля пришло полное любви послание от парня, чьи мысли по-прежнему заняты «Ювентусом». «В январе переговоры с туринцами не увенчались успехом, — рассказал Кьеза, — посмотрим, что будет в будущем. Мне бы хотелось вернуться. Более того, я вообще никогда не хотел уходить. «Ювентус» всегда в моем сердце. Я никогда не говорил с клубом о деньгах и никогда не стану этого делать».
Кто знает, возможно, Карневали решит воспользоваться этим пасом от сына знаменитого форварда и попробует перезапустить карьеру игрока, который еще недавно считался одним из главных талантов Серии А и всего итальянского футбола. Кьеза, чемпион Европы в составе сборной Роберто Манчини и капитана Джорджо Кьеллини, в Англии выиграл Премьер-лигу и познакомился с совершенно другим миром, однако играл гораздо меньше, чем ожидалось: 527 минут в сезоне 2024/25 и 727 минут в только что завершившемся сезоне.
«Я открыт ко всему, самое главное — играть. У меня нет высокомерия заявлять: «Куда бы я ни пришел, я железно должен быть в старте». Я готов бороться», — добавил вингер.
Другие цели
В то же время в центре поля «Юве» намечается серьезная турбулентность: младший из братьев Тюрам (Кефрен) попал прямо на карандаш к клубам английской Премьер-лиги. В связи с этим на Континассе (штаб-квартире клуба) активно размышляют, кто мог бы занять его место на поле в случае продажи. Профиль идеального кандидата уже есть — это история симпатии, которая крепла в последние недели. Шер Ндур пользуется личным одобрением Лучано Спаллетти, и не только потому, что умеет сочетать физическую мощь с хорошим уровнем техники. К своим почти 22 годам Шер уже успел пройти через опыт в Лиссабоне и Париже: в Португалии он был одним из главных героев победы в Юношеской лиге УЕФА, а во Франции имел удовольствие играть бок о бок со звездами первой величины в «Пари Сен-Жермен».
Правда, эта сделка выглядит как сложная головоломка. «Фиорентина» будет обязана выплатить в казну ПСЖ 50% от суммы последующей продажи игрока, к тому же «фиалки» считают Ндура одним из ключевых элементов баланса на следующий сезон. Что тогда? Фабио Миретти может стать весьма весомой разменной монетой, учитывая, что на берегах реки Арно за полузащитником «Юве» следят уже давно. Помимо Миретти, важную роль может сыграть и желание самого 20-летнего футболиста, который ярко проявил себя в матчах в Люксембурге и на Крите в составе экспериментальной сборной Италии Сильвио Бальдини.
Итальянский проект, над которым работает Карневали, может расширить свои границы до Берарди и Леони.
Доменико Берарди: 31-летний вингер, чемпион Европы 2021 года, уже неоднократно связывался с переходом в «Ювентус» в недавнем прошлом. Сейчас, после долгих-долгих лет в «Сассуоло» (как раз под руководством нынешнего гендиректора «Юве»), его может подтолкнуть желание сделать долгожданный шаг в топ-клуб.
Джованни Леони: Защитник, который не играл с прошлого сентября из-за разрыва связок левого колена. В Турине он получил бы шанс вернуть тот импульс, который в свое время заставил обратить на него внимание и привел к трансферу в «Ливерпуль» из «Пармы» за 35 миллионов. Формула аренды — единственный жизнеспособный путь в данном случае, но это станет возможным только после того, как Континасса и «Рэдс» окончательно уладят и наладят свои взаимоотношения.
9 июля 2006 года Италия выиграла свой последний на сегодняшний день Чемпионат мира, обыграв в серии пенальти Францию. Бывший полузащитник «Интера», «Милана» и «Ювентуса» первым подошел к точке и получил награду лучшего игрока финального матча.
Белая футболка, спина опирается на кирпичную стену его виллы на Ибице, привычные аккуратная бородка и шевелюра, а глаза устремлены куда-то в воспоминания. И какие это воспоминания. Пока другие сборные точат шипы перед выходом на поля чемпионата мира в Америке, мы, итальянцы, снова остаемся лишь зрителями. Очередной раз. Уже в третий. Прошло двенадцать лет с нашего последнего участия в турнире и двадцать — с последней победы. Германия-2006, финал против Франции, Буффон и Каннаваро, Тотти и Дель Пьеро, Гроссо и Андреа Пирло. Последний сейчас и выуживает из памяти матчи, моменты, лица и голоса того незабываемого мундиаля.
— Вы за всю свою карьеру — хоть до, хоть после — кричали когда-нибудь так же пронзительно, как в тот вечер 9 июля после решающего пенальти Гроссо? — Не думаю. Это был неописуемый миг. В секунду исполнилась мечта мальчишки, который когда-то гонял мяч во дворе и поднимал с друзьями воображаемый Кубок мира, и одновременно мечта мужчины, достигшего пика своей карьеры. В детстве я об этом только грезил, а в Берлине мечта стала реальностью. Такое случается с очень немногими.
— Накануне первого матча с Ганой Липпи собирает вас. Что он говорит? — Тренер был настроен очень позитивно, причем за много месяцев до старта турнира. И даже в самые последние дни перед дебютом он сохранял абсолютное спокойствие, несмотря на то, что творилось тем летом — я имею в виду скандал «Кальчополи». Внутри нас кипела злость из-за всего, что свалилось на него и его сына Давиде, но Марчелло был заряжен и твердо знал, что мы дойдем до самого конца.
— А вы сами это знали? — Мы начали это понимать постепенно, потому что товарищеские матчи перед турниром прошли очень хорошо. У нас подобрался отличный коллектив с сильными игроками, так что мы понимали: нам есть что сказать на этом празднике.
— Первый гол нашей сборной на том ЧМ — ваш. Гол в чисто «пирловском» стиле. — Был угловой, я пошел навстречу, чтобы получить мяч, подработал его под правую ногу. Вижу, что никто из соперников меня не встречает. Вместо навеса я сместился к центру и пробил. Мяч вонзился точно в дальнюю «девятку».
— Был ли во время чемпионата конкретный момент, когда вы подумали: «Слушайте, а ведь мы и правда можем выиграть»? — Пожалуй, когда Тотти забил пенальти на 90-й минуте в 1/8 финала против Австралии. В тот момент пришло осознание, что, возможно, даже удача на нашей стороне — что и подтвердила следующая жеребьевка на Украину. Значит, нужно было давить на газ изо всех сил.
— Расскажите какой-нибудь забавный случай, который хорошо описывает тот месяц в Германии? — Нам действительно было очень хорошо вместе, мы искренне веселились. Играли в пинг-понг, в карты, после матчей ходили ужинать с семьями… Тогда еще не было всех этих технологий и соцсетей, из-за которых сегодня все теряются по своим номерам. Нам хотелось общаться: мы спускались в сад, болтали, травили байки. Именно такие вещи помогают проходить через трудные моменты.
— Ночами спать удавалось? — Да, всегда. У нас были одноместные номера, чтобы лучше отдыхалось. Конечно, сразу после игр заснуть бывало тяжеловато, поэтому я, как и многие, принимал снотворное. Но накануне матчей я всегда чувствовал себя спокойно, без лишних мыслей в голове, наоборот — мне просто не терпелось поскорее выйти на поле.
— А были партнеры, которые буквально сходили с ума от мандража? Дженнаро Гаттузо, например? — О да! Перед матчами Гаттузо повсюду виделись монстры (смеется).
— Финал: мысли и ощущения по мере того, как приближался стартовый свисток. — Это матч, которого ждешь всю жизнь. Помню, какая стояла тишина: за завтраком было слышно только, как ложечки размешивают сахар в чашках. Концентрация зашкаливала, возможно, было даже немного страшно. В таком состоянии дотянуть до вечера — то еще испытание. К счастью, мы разбили день обедами, перекусами и тактическими разборами.
— Сам матч: 7-я минута, и Зидан открывает счет с пенальти. — В голову летит мысль: «Дела плохи». Но тут же понимаешь, что впереди еще вагон времени. Мы играли против физически мощной команды, где к тому же были исполнители высочайшего класса. Но мы не паниковали, быстро отыгрались, и это помогло нам не занервничать и не пасть духом.
— Был ли в команде кто-то, кого нужно было подстегнуть или успокоить? — Знаете, я всегда старался говорить ногами, а не орать на поле. Мой стиль игры давал команде спокойствие: партнеры понимали мои намерения и то, как должна действовать вся команда. Но в том матче никто не дергался, мы все были суперсосредоточены.
— Удаление Зидана после того, как он боднул Матерацци. Вы подумали: «Сейчас или никогда»? — Да. Мы остались в большинстве, а они лишились своего лучшего игрока. Я сказал себе: «Вот теперь у нас реально есть шанс победить, нужно забивать до пенальти».
— И вместо этого… — И вместо этого мы все-таки докатились до серии пенальти. Позади были 120 минут матча, к которым нужно прибавить еще 120 минут тяжелейшего полуфинала против Германии. Под конец сил почти не осталось — ни физических, ни эмоциональных.
— Что для вас стало личной вершиной того Чемпионата мира: забитый пенальти — первый в серии против Франции — или голевой пас на Гроссо в полуфинале с Германией? — Голевой пас на Гроссо. Пенальти — это, конечно, важно, но голевая передача в игровой ситуации — совсем другое, тем более в такой момент. Я считаю, что полуфинал вообще был лучшим матчем того турнира и по эмоциям, и по качеству игры. Вырвать победу вот так, в дополнительное время, на глазах у стадиона, забитого немцами, — это вершина. Хотя, безусловно, пенальти французам весил тонну. Я бил первым, прямо перед трибуной с их фанатами. Ты еще не видел других ударов, не знаешь, как сегодня дергается вратарь. Короче говоря, когда я взял мяч в руки, он казался тяжелым, как медицинский набивной мяч.
— Кто решил, что вы пойдете бить первым? — Липпи. Сначала он спросил, кто вообще готов, а затем сам расставил очередность бьющих.
— Вы идете к точке, и в голове крутится… — Вообще всё. Всё, что произошло до этого момента, и всё, что может случиться, если я промахнусь. Всплывали даже призраки финала ЧМ-1994. Но я не думал о том, как именно нанести удар. Пока шел к точке, уже намертво решил: бью по центру, на средней высоте. Расчет был на то, что вратари в таких ситуациях обычно гадают и валятся в какой-то из углов. Это было идеальное исполнение.
— После того как Гроссо забил победный пенальти, кого вы бросились обнимать первым? — Во время удара я опирался на Каннаваро. Когда Фабио Гроссо забил, мы просто побежали куда-то в пустоту, без всякого смысла, без конкретной цели или партнера. Кого первого встречал на пути, того и душил в объятиях.
— ФИФА признала вас лучшим игроком финала. Справедливо? — Не знаю, был ли это мой лучший матч в жизни, но получить такую награду все равно приятно. Мне ведь тогда дали этот приз еще и за полуфинал, и за игру против Ганы, а вдобавок вручили «Бронзовый мяч» как третьему лучшему игроку всего чемпионата.
— Грядущий американский мундиаль будете смотреть целиком или предпочтете пойти искупаться в море? — Все будет зависеть от самих матчей и времени трансляций. Иногда это в удовольствие, а иногда утомляет.
— Фавориты турнира понятны, но есть ли сборная, которая вызывает у вас особый интерес? — Например, Норвегия или Марокко могут выстрелить, хотя им придется тяжело против топ-соперников.
— А ваш бывший тренер Карло Анчелотти? Дойдет ли он до финала, учитывая, что его нынешняя Бразилия — далеко не та каноническая «селесао» былых времен? — Правда, это не та Бразилия, что была несколько лет назад, да и говорят о них сейчас как-то тише. Они не стартуют в первом ряду фаворитов, но Карло — лис, он обязательно что-нибудь придумает и на этот раз. Еще мне очень любопытно посмотреть на Англию.
— Если говорить об игроках, кто-то интригует вас больше остальных? — Полно футболистов, которые ярко взрываются ровно на время чемпионата мира, потом клубы скупают их за сумасшедшие деньги, а они растворяются. Другие же давно доказали свой класс. Я думаю о Ламине Ямале (если он полностью восстановится после травмы), о том же Месси. Лично мне очень нравятся испанцы вроде Педри. На их игру всегда приятно смотреть.
— А с чего нужно начинать возрождение нашему, итальянскому футболу? Если есть рецепт, в чем он? — Надеюсь, мы сможем оттолкнуться от какого-то глобального проекта и реформ. Нужно искусственно создавать благоприятные условия для наших, доморощенных игроков. Если раньше были налоговые льготы и стимулы покупать иностранцев, то теперь нужно вводить стимулы для развития итальянцев. Наша страна безумно хочет видеть свою сборную на ЧМ: для людей это мощнейший фактор единения.
— По уровню мастерства вы были абсолютным кудесником мяча. Скажите, кто в какой-то момент решил, что в футбол теперь должны играть исключительно здоровые, мощные атлеты? Как результат — в Серии А днем с огнем не сыщешь человека, умеющего обыгрывать один в один, на флангах у нас номинальные защитники закрывают всю бровку, в то время как в других странах полно классных крайних нападающих, которые смело идут в обводку. — Вот именно поэтому мы потом и не попадаем на Чемпионаты мира! Мы зациклились на физической силе, на беготне, тогда как нужно возвращаться к истокам: учить детей правильно принимать мяч, отдавать точные передачи, развивать технику и на поле смотреть вперед, а не под ноги. Тактике можно научить когда угодно, но если ты в детстве не научился обрабатывать мяч и пасовать, дальше будет только сложнее.
— Вы готовы вернуться к тренерской работе в Европе или вам пока хорошо в Эмиратах? — Если вы посмотрите на мою тренерскую карьеру, я везде выполнял задачи, поставленные руководством. В «Ювентусе» меня просили выйти в Лигу чемпионов — сделано. Вдобавок я взял Кубок и Суперкубок Италии. Меня уволили, и я год сидел без работы. До сих пор не могу понять почему. Точнее, я-то знаю ответ, просто не хочу говорить об этом вслух. Затем я поехал в Турцию, в «Фатих Карагюмрюк»: мы заняли седьмое место в лиге — исторический максимум для этого клуба, попутно обновив рекорд по беспроигрышной серии. Потом перешел в «Сампдорию» в Серии B и вывел их в плей-офф за выход наверх, как меня и просили. На следующий год меня уволили всего после трех туров. В этом сезоне клуб «Юнайтед» (ФК Юнайтед) поставил задачу выйти в высший дивизион, и я ее выполнил. Я всегда давал результат. А если я кому-то визуально или по характеру не нравлюсь — это уже совсем другой разговор.
— А что дает этот опыт в Дубае лично вам, Андреа Пирло как человеку? — Мне здесь очень комфортно, и моя семья чувствует себя прекрасно: они довольны, счастливы и в полной безопасности. Мы пожили во многих местах планеты, но так легко и быстро, как в этой стране и в этом городе, мы не адаптировались еще нигде. У нас есть все, что мы хотим, на душе покой. О лучшем я не мог и просить.
